Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Вам не пришло письмо с кодом активации?
Страниц: 1 ... 19 20 21 [22] 23
  Печать  
Автор Тема: Ad modum  (Прочитано 25785 раз)
kozhedub
Пользователь


Адекватность: 19
Offline Offline

Сообщений: 7973


Просмотр профиля
« Ответ #315 : 12 Сентябрь 2021, 06:46:51 »
Записан
Coba
Пользователь


Адекватность: -5248
Offline Offline

Сообщений: Зануда!!


Просмотр профиля
« Ответ #316 : 12 Сентябрь 2021, 13:51:06 »
в концлагеря
Записан
Leda
Пользователь


Адекватность: 0
Offline Offline

Сообщений: 129


Просмотр профиля Email
« Ответ #317 : 19 Сентябрь 2021, 15:30:20 »
Яков Есепкин

Палимпсесты

Песни меловниц

Третий фрагмент


Идофея волной поманит,
Меловницы оплачут сувои,
И золотность шары претиснит,
И Сирены вспоют нам из хвои.

Неотмирная черная цветь
Волн борейских, чаруй соваянья,
Хоть бы мытарям неба ответь,
Хоть бы жертвуй им холод сиянья.

Но безмолвно плеяды горят
И снега над венечием тлеют,
Где маруты с цветками парят
И жар-птицы во слоте алеют.

Семнадцатый фрагмент

В кубки чермные ночь солила
Цвет граната и тусклую млечность,
Иудицы сидят круг стола,
Пьют одесно за нашу калечность.

Биты сеи начиния мглой,
А и воям оне лишь угодны,
Мы ли вспеты Беллоной самой
И навеки, навеки свободны.

Зри, богиня, литые щиты
Со кровавым остьем и тенями,
Где мы барвою черной свиты
Под небес ледяными огнями.

Двадцать восьмой фрагмент

У Калипсо еще погостим,
Сладок острова плен, мы и сами
Волн бежать и чудес не хотим,
Дышит море ль Сирен голосами.

И куда возвращаться, куда,
Млечный путь указуют плеяды,
Но темна юровая Звезда,
А под ней веселятся гияды.

Славу будут меловницы петь
Всем почившим в нисане цветущем,
Лишь тогда и дадут нам успеть
Об осповнике, чернью тлеющем.

Тридцать четвертый фрагмент

Алкиона подскажет ли нам,
Где яркая золота сочится
Чрез всенощность и дарствует снам
Огнь зимы, коя ныне случится.

Перевиты хлебницы тесьмой,
На русалках виньеты блистают,
И лепнина окована тьмой,
И Щелкунчики с хоров слетают.

Ах, молчи, вековая тоска,
Озлачают пусть Райанон снеги
И юдоль будет присно ярка
Во сияньи чарующей неги.

Сангины и вишни

Первый фрагмент

Над сангинами -- чермная течь,
Аще красным лишь мы и писали,
Будем немостью вершников жечь,
Суе нас ангелочки спасали.

И опять хоры мглу прелиют,
В золотом веселятся менады,
И опять нас траурно виют
Сенью млечною царств колоннады.

Ах, то ангели неб, восточась,
Горних одниц внимают о цвети,
За какой мы стенаем, лучась
Темной слотой гранатовой нети.

Десятый фрагмент

Во креманках вишневый ли яд,
Знатны им антикварные столы,
Вновь ломятся оне у гияд,
Нас хлебницы манят и фиолы.

Где, Рудольфи, чернила твое,
Где письмо со фамильной виньетой,
Увершай, толока, питие,
Мы забвенны и Богом, и Летой.

Но хромые обручники злы
И несут колченогие панны
Темных вишен кутью на столы
Золотыя с червицею манны.

Двадцать первый фрагмент

Соведут нас виньетою тьмы,
Украсят апронахи звездами,
И с обводками течной сурьмы
Всеблагими поидем садами.

Не владетелям нощных пиров
Тайно плакать о шелках червонных,
Хоть бы зрите белену юров
Меж фарфора и смирн благовонных.

И пеют фарисеи одне
Яства августа, цветью чадною
Всё ведут и ведут нас в огне,
Мглу кадяше  сурьмой ледяною.

Двадцать седьмой фрагмент

Нощно станут герольды кричать
И оставим чертоги златые,
Се юдольности рдится печать,
Не реките – оне лжесвятые.

Сех глашатаев тьмы ли найдут
Ангелки, одесные владыки,
Диаменты к их ликам идут,
Слух всегорний их тешат музыки.

Лишь бессмертия ветхий эфир
Источат жрицы нег Терпсихоры,
Нас тогда о золоте порфир
Соявят небомлечные хоры.

Сорок второй фрагмент

Розы Асии негу лиют
Для отроков иных, буде лишни
Мы сейчас, пусть камены пиют
Барву неб и нектары из вишни.

Пресвятых не спасти, не спасти,
Нощно им о пасхалах томиться
И молчать во юродной желти,
А не Идам над семи глумиться.

Будет август веселие петь,
Будут миррою чела сотечны,
И тогда положат нам успеть –
Яко в небах скульптуры увечны.








Записан
Leda
Пользователь


Адекватность: 0
Offline Offline

Сообщений: 129


Просмотр профиля Email
« Ответ #318 : 29 Сентябрь 2021, 11:45:37 »
Яков Есепкин

«Стихотворения из гранатовой шкатулки»

Пиры у Тийи

Второй фрагмент


Неба одницы славят златых
Бассарид, мы и сами во цвети
Дионисий чаруем святых,
Льем всенощность в порфирные нети.

Доливайте харитам вина,
Оды к радости паче терзаний,
Ах, очнемся ль от дивного сна,
От печальных и томных лобзаний.

Будет царственно Тийя молчать,
А фиады шелками увьются,
Где и можно еще воскричать,
Где о хлебах юродные бьются.

Четырнадцатый фрагмент

Золотые со чернью врата,
Статной Гелы пустые очницы,
Се бессмертие, се и тщета,
Нощно вейтесь, Аида цветницы.

Лишь за немость и будем платить,
Речь востщатся ль еще пуританки,
Скорбный мелос каменам ли чтить,
Любят дактили сех и альтанки.

Но, Летия, высоко, гляни,
Златом блещут маруты о слоте
Черных траурных неб и огни
Звезд крушатся в их грозном полете.

Пятнадцатый фрагмент

Се, ars longa, но тленная мгла
Небодержных певцов овевает,
А и всякой царевне -- игла,
Всяка черные вишни срывает.

Шелки, шелки есть неба вуаль,
Плата гоям за цвета порфирность,
Не тускнеет священный Грааль,
А литаний тускнеет эфирность.

И холодные рамена дев,
Млечных лядвий шелка и виньеты
Бассариды вспоют, соглядев
Приснобелые их силуэты.

Двадцать пятый фрагмент

Дионисии – ныне вкушать
Хмеля негу вольно аонидам
И бессмертие юнам внушать,
И молиться небесным планидам.

Вновь тийады со цветью лиют
Мглу и золото в кубки ночные,
Меловые хористки пеют,
Веселятся зане юродные.

Ах, и мы круг фаянсов, и мы –
Славим август и дев нареченных,
Пара статуй в музеуме тьмы,
Лишь вишневым огнем сомраченных.

Пурпур ветхий

Седьмой фрагмент

Оды к радости славят харит,
Пусть взвивают одесность рапсоды
И арма над еминой парит,
И лиются во здравие оды.

Ах, сиянна вишневая цветь,
Ах, гризеток чаруют менады,
Туне млечным садам багроветь,
Чают одниц хмельных колоннады.

Юных див обернули шелка,
Негой их дышат страстные фавны,
И зефирная сень высока,
И мучения наши подавны.

Одиннадцатый фрагмент

Вижди, ангелы мая темны,
Помнят чад ли юдольные сени,
Были к высям ночным взнесены
Всепорфирные эти сирени.

Господь-Бог, ничего, мы равно
Хмель пенатов алкаем о хорах,
И лием золотое вино –
Пара статуй в барбарских затворах.

И еще со подвальниц внесут
Мирру с вишнями, хлебов кармины,
И благих ангелочки спасут,
Присной цветию выбив емины.

Пятнадцатый фрагмент

Именинников ангели тьмы
Зло восчествуют маревом цвети,
Се на тортах и вишни, се мы
В течах смирны из ангельской нети.

Яко праздник, бегите сюда
С нощным ядом, кургузые Иды,
Пусть юдольная тлится Звезда,
О зефирности плачут сильфиды.

Пусть несут меловые цветки
К именинным столам юродные,
И во барве пеют ангелки
Сады тьмы, сады тьмы ледяные.

Семнадцатый фрагмент

Август пурпуром ветхим вспоит
Золотыя оцветники сада,
Виждь: еще бредники он таит
И еще веселы феи ада.

От бестенных и туне бежать,
Яко плакать сильфиды вернутся,
Будут, будут и сех провожать
Бледных мытарей, кои очнутся.

И тогда по червовым канвам
Опознают всех столпников мира –
С барвой неб, льнущей к темным главам,
И в струях ледяного эфира.

Девятнадцатый фрагмент

Сны хористок всебледных альков
Оторочил яркими шелками,
Тени звезд и небесных волков
За лепными горят потолками.

Бассариды одесным вином
Преливают златые куфели,
Дев чаруют пленительным сном,
Над столами взвивая трюфели.

Ах, в саду Шуберт дивно звучит,
Фурий лядвия меркнут о цвети,
И Геката-царица молчит,
Ночь лия во скульптурницы эти.

Дорогие читатели! Произведения Якова Есепкина изданы в России, США, Канаде, их можно приобрести в Интернете и элитарных книжных магазинах мира. Сейчас к изданию подготовлены книги «Сонник для Корделии», «Ars», «Эфемериды». Знакомьтесь с творчеством культового автора.

• Изданные книги Якова Есепкина: «Lacrimosa», «Космополис архаики» (первая и вторая части), «Порфирность», «Кривичские лотосы», «Траур по Клитемнестре», «Вакханки в серебре», «Хождения и пиры», «На смерть Цины».



Записан
Leda
Пользователь


Адекватность: 0
Offline Offline

Сообщений: 129


Просмотр профиля Email
« Ответ #319 : 09 Октябрь 2021, 13:59:27 »

Яков Есепкин

«Стихотворения из гранатовой шкатулки»

Под легкой сенью колоннад

Восьмой фрагмент


И восплачут музыки, теней
Соваянья и вершники ада
Будут нощи вифанской темней,
Станут млечными призраки сада.

Не ждали нас обручницы тьмы,
Не искали матроны честные,
Это мы, это, Господе, мы
Барву льем в рамена ледяные.

И еще под кимвал и цевниц
Скорбный плач расточится зефирность,
И сквозь мертвую роскошь цветниц,
Сквозь остье мы соявим порфирность.

Десятый фрагмент

Август черные ленты дарит
Оглашенным к всенощному пиру,
Сам Эреб с тьмою блудниц мирит,
Воск альковный подобен лепиру.

Что, Иосифе, выжжем сурьму
Хоть и кровию, наши мытарства
Стоят звезд, не соучим письму
Аонид, так венчаем на царства.

Но фарфоры каждят и каждят,
Яствий полны столы выписные,
И отмщенных царевн пресладят
Барвы свеч и кутьи ледяные.

Двадцать пятый фрагмент

Колоннады июля во тьме,
А еще веселы меловницы,
Праздник неб, о чудесной арме
Льют нектар золотыя цветницы.

Именинных свечей нанесем
К чермным вишням на тортах высоких,
Мило это урочество сем
Бледным феям пиров одиноких.

И увидит Геката сквозь цветь
Черно-желтую, башен лепнины,
Как те свечки начнут огневеть,
Славя присных теней именины.

Сороковой фрагмент

Майской цветью искрасим столы,
Оведем ли серебром червонным,
Аще Троица, будем светлы,
Мелом, нощность, сияй благовонным.

Иль угодно кипящим садам
Пасхи белые петь, аллилуйе,
Мне отмщение аз и воздам,
Се, для нас это молвили всуе.

Ах, смертливые осы парят,
Ветходержный фаянс наш во течи,
И нещадно, нещадно горят
Меж букетников темные свечи.

Принцессы и дивы пиров

Седьмой фрагмент

Хвою темным серебром ведут
Золотыя принцессы и гномы,
Ягомостей окарины ждут
И небесных полей астрономы.

Ночь волшебная, столы цвети
Антикварные, лейся шампанским,
Над юдолию черной лети
К негу пьющим садам Гефсиманским.

Ах, чудесные яства пиров
И юдиц ли манят оглашенных,
Где всетечность разбитых шаров
Отражает богинь совершенных.

Двадцать девятый фрагмент

Нощно юдицы шелки свое
Цветом елочным гасят, фарфоры
Искушая, блюдут остие,
Иль подружки им -- хладные Оры.

И зачем этих пиров бегут
Меловницы, лафитники яды
С воском чают и фей стерегут
Млечной пудрой витые гияды.

Ах, Урания, пьяны оне,
Чела бледные тушью соводят,
И мелятся о темном огне,
И круг спящих принцесс хороводят.

Тридцать седьмой фрагмент

Торты с чермною вишней белы,
Пляшут Цины, грозят эвмениды
Им фривольно и внове столы
Щедрой Гебы пеют аониды.

Хвоя, хвоя, одесно гори,
Умиляй кареоких юнеток,
Где белену алкают цари
И во яде серебро монеток.

А найдут в пировые – следить
За еминами злобные Ханны,
Мы и будем их шелки студить,
Яко дивы пиров недыханны.


Записан
bowII
Пользователь


Адекватность: 1546
Offline Offline

Сообщений: 22889


Просмотр профиля
« Ответ #320 : 09 Октябрь 2021, 18:57:07 »
CВИДАНИЕ С ОЧЕНЬ ДЕРЗКОЙ ЧСВ / ИЩЕТ СЕБЕ СПОНСОРА / Ars FloYd
Записан

""Если бы ты видел, из какого источника текут людские суждения и интересы, то перестал бы добиваться одобрения и похвалы людей."" © Марк Аврелий
avto4
Пользователь


Адекватность: 611
Offline Offline

Сообщений: 5035


Просмотр профиля
« Ответ #321 : 11 Октябрь 2021, 05:50:05 »
У меня  компутерная программа.Стоит запустить, как стиральную машинку, и через минуту насобачит пародию на вирши Есепкина.

«Стихотворения Белого друга» украдено из гранитной шкатулки.

Восьмой фрагмент

В подвале укусы редисок, осыпаны солью.
Пишу про белого друга
Нескоро поездка верблюда.
Воскреснут картины темнее Иеронима Босха,
Станет призраком сад?

Я был у Эльбруса.
У трещин пряталась смерть.
Ледник одинокий растаял.
И плавал скалой в озерце.  
Но Солнце взглянуло в сапфир.
И айсберг предстал изумрудом.
В синей воде.
Огромный рубин посмотрел мне в глаза.
И вскоре исчез.
Так и Есепкин.

Когда упорным, был как  бык
Консервы ломом открывал.
Кувалдой горы разбивал.

Ждет поклоник поэмной тюрьмы,
Не ищут фесталки, цезари Рима его.
Они все мертвы.
Немые давно Господи, это не мы.
Взглянем на лед синего неба.
20-го будет круглой Луна.
Покинут нас гуси.

Сквозь радостный вздох
Общипанной ими травы.
Расточится память о зеленой колибри.
Порхала. Мгновенно исчезла. Не верю глазам.

Сквозь переливы алмазов на травке мохнатой.
Явятся паденья деревьев в лесу,
Тарелки в подвале о пол.

Десятый фрагмент

Октябрь дарит красные листья клёнов, желтых берез
Покрывая ковром для пира хрустящей, морозной зимы.
Гаремы оленей уходят на юг. Апролдаемя с ними мы.
Воск ульев спрятан в теплом сарае до сладкой весны.

Мы слово Иосиф не любим.
Приносит несчастья.
Кровь, мытарства русским.
Звезды светят во тьме, как Сократу.
Места их все те же, крутятся в небе.
Древние царства исчезли.
Вместо них, ээх Есепкин.
Циклопит словами.

Лампы без копоти,
Выдумай яства стола.
Украденны турками девы. Не отомщены.
Не зажигают свечей на их забытых могилах в России.

Двадцать пятый фрагмент

Колону стволов во тьме,
Охраняет олень, махая рогами.
Его я страшусь. Вдруг забодает.
Боиться он рыка машин, их огней.
Шоссе неприступно копытам.

В теплый день, летали стрекозы,
На поле поспела картошка.
Сурки холодились в ручьях, и лягушки,
Крылья бабочек порхали в цветках -  
Праздник небес. Пьют нектар золотой.

Восхищаясь про вишни, спроси.
Когда их придется увидеть растущих в Канаде еще?
Сорвать и поесть?

Мало кто знает цветенье,
Слушал молчание яблонь в тумане.
Нищих мечты о том,
Что их предкам досталось трудом и свободой.
Деревянных домах, лошадках,
Тонкорунных и добреньких козах-Игрушек детей.

Реках с золотом чистых, ограбленных после.
Окунях, карасях,  и озерах. Грибах, песнях.
Нацисты угробили все. Исчезли как черти.
Но жадность осталась.

Мы превратились в бледных фей без пиров, одиноких.
И осталась нам только краса от лугов,
Птичек лесных, случайных цветов.
Под оры лягушек.
Не радуют башен лепнины,
Там мерзавцы живут.  
Мечтая отнять у Есепкина
Лист, бумагу, компутер
Смысл фраз.

Седьмой фрагмент

Хвою окружили серебром паутины
Птички, белки превратятся в принцесс, гномов,
Поедут на бал в тыкве, в золоте мыслей.

На юге горит сердитый, как цапля кваква Юпитер.
К Психее, к нему титанов пошлют.
Искать внеземную жизнь на Европе, затем Энцеладе Сатурна.
Вместо грядок стареет  запас атомных бомб.
США и Россия - два сумасшедших врага.

Картофель мой слопан ондатрой,
Построила домик в ручье из стеблей камыша.
Вертолет полицейских летал и снимал на видео всё.

Двадцать девятый фрагмент

Древний забытый, мертвый язык.
Воскресил нам Есепкин
Что-то про елки, огни и фарфоры.
Мы помним первые елки до школы.
Без рождества.
Вернутся старинные наши обряды,колядки?
Вареники в масле, размером с томат.
Подружки, катания с горок у елок старушек.
С картонкой при -30.
Не увидим мы этих пиров,
Петербургских балов,
Больших магазинов, балет.
Вместо них марсоходы и остовы
Древних конструкций ракет на Луне.

Лис, как молния в тьме,
Настигающий запах.
Крякнут утки
Вместо ангелов мне.

Не спеша, щиплют травку, охраняют гусят.
Вспоминают озера на севере, юге.
Где выросли, воспитали потомство.
Взмахи крыльев - зарядка. Пух полетел.
Всё затихло. Гуси помнят добро.

Но Есепкин не спит.
Пятый чая стакан заварен,
Добавит лимон, ронеток.
Вспоминает о локонах, вздохах
Девушкам верит. Несчастный.
Они вас обманут!
Варенье исчезнет. Они упорхнут.

Но Есепкин им верит.
И снова  грезит несчастный.
Есть меч, и корона. О них надо думать!
Как помочь царям хранить свое царство.
Забыли вы древнюю Спарту?
А девушки-это награда за подвиг.
Как Солнца восход.
 
Но бледно-челый Есепкин не слышит.
Он мечется словно огонь в шашлыке.
Снится ему круг принцесс в хороводе.
Обманут его как процесс.

Тридцать седьмой фрагмент

Торты с темною вишней в Провиго,
Полны масла кокоса и желатина,
Маргарина, химии разной для прессов,станков.
Люди становятся больше похожи на них.
Ни пола, ни цвета, кожа, кости, мясо, вода.
Синтетический торт не куплю.
Есепкин- спасательный круг, прочитаю взахлеб.

Про пляски, угрозы, столы,
Про щедрость забытых веков.
Убитых бизонов, волков.
Мы любим наивность, старинность,
Мечи, проломы, героев Эллады отблеск.
Аристарх,Пифагор, фараоны,
Еще не забыты.

Хвою расчешу у сосны.
Притяженьем земли умиляет,
Задачей Буффона, числом Пи,
Шишки древней фараонов.
Ее предка ящер алкал.

Небеса спряли замок красивый для нас.
Синеват. Цвета сливок с клубникой у розы.

Позабудем про злобные Ханны,
Нам можно. Они далеко.
Как и льды полюсов.
Моряки кружат в подлодках
Не зная наград и пиров. Выполняя свой долг.
А шпионы секреты утащат.

(Кто немного понимает в стихах, брякнете как их можно улучшить. А то я не бум бум в поэзии.
Умею тока клацать клавишами.)

Copyright mars.dmitri@yaho   o.ca  12 Octobre 2021
Записан
Hi all!
Пользователь


Адекватность: -1378
Offline Offline

Сообщений: 13125


Просмотр профиля
« Ответ #322 : 11 Октябрь 2021, 14:30:16 »
А кто такое Leda?
Записан

ОРЕЛ
avto4
Пользователь


Адекватность: 611
Offline Offline

Сообщений: 5035


Просмотр профиля
« Ответ #323 : 12 Октябрь 2021, 08:02:49 »
какая разница. Есепкин - это попытка набросить намордник на лицо русского языка и поэзии
с помощью умерших слов, мертвого языка, никому непонятного. Его бы не поняли в средние века, в древнем Риме,
 в Древней Греции, в Китае.
Представь, что мы начнем писать на языке древних египтян или древнееврейским языком про сегодняшнюю жизнь
русского народа.
Есть классика - Пушкин, Есенин, Лермонтов, Некрасов, Гумилев, Мандельштам, Ахматова,Пастернак, Фет, Шаламов еще несколько десятков русских имен. перевод Шекспира.
Вот и надо следовать им. Все остальное это как суп из крапивы.
Он не вкусен.
Записан
Coba
Пользователь


Адекватность: -5248
Offline Offline

Сообщений: Зануда!!


Просмотр профиля
« Ответ #324 : 12 Октябрь 2021, 16:43:02 »
большинство даже не знает кто такие юдицы

зато гурий все хорошо сегодня знают
Записан
ID № xxx
Пользователь


Адекватность: -1094
Offline Offline

Сообщений: 19469


Просмотр профиля
« Ответ #325 : 12 Октябрь 2021, 16:52:23 »
большинство даже не знает кто такие юдицы

зато гурий все хорошо сегодня знают

Мудило из Тагила, всем просто нacpaть на то чтобы знать про каких-то юдиц, кому они сдались, кроме тебя, осла bj
Записан
Coba
Пользователь


Адекватность: -5248
Offline Offline

Сообщений: Зануда!!


Просмотр профиля
« Ответ #326 : 12 Октябрь 2021, 16:54:14 »
пшел
пес
Записан
Leda
Пользователь


Адекватность: 0
Offline Offline

Сообщений: 129


Просмотр профиля Email
« Ответ #327 : 23 Октябрь 2021, 09:41:45 »
Яков Есепкин

«Стихотворения из гранатовой шкатулки»

 Порфирность
                   
Третий фрагмент


Дует северный ветер, о цветь
Юровую сильфиды биются,
Кто еще о звездах днесь, ответь,
Лишь по ним и мученья даются.

Нам ли, нам ли со южных ночей
Доносили аромы зефирность,
Негой веяли, се, палачей
Ныне виждим однех и порфирность.

Но скудельные чаши цикут,
Выльют небы оцвет бальзаминов,
И архангелы нас провлекут
Мимо вечных тлеенных жасминов.

Седьмой фрагмент

Воск свечельный звездами претлим,
Аще ныне темно от лампадок,
Был наш сад горним цветом палим,
Стал разорен, разорен и падок.

Сей во мгле и горел виноград,
Крыша мира темнее Отчизны,
Всенебесный лазоревый град
Уготовил балы нам и тризны.

И вольно же обручникам тьмы
Яд алкать и тиранить цевницы,
Где каймами убойной сурьмы
Сводят нас по раменам цветницы.

Девятнадцатый фрагмент

Огони пировых угасят,
Нощный сад оведет червотечность,
Се, нещадно миазмы висят –
И нещадна вишневая млечность.

Этот мрамор воздышит одной
Тленной желтию, сонник Эреба
Полн химерами, их по одной
В снах язминовых чествует Геба.

Иль еще ангелки принесут
Весть благую и вретище наше
С юровыми звездами спасут,
На мрамор цветь со кровью лияше.

Тридцатый фрагмент

Это мая порфировый мел,
Се надрайской лепнины величье,
Где и Феб сладкозвучный немел,
Где сильфиды меняли обличье.

Соглядайте еще ангелки
Ювенильных ваяний цетрары,
Огневые таят бродники
Юной Цинтии нежные чары.

Ах, восторг сей камены вспеют,
Днесь их рамена в цвете немеют,
И бессмертие небы лиют,
И убить премолчащих не смеют.

Тридцать четвертый фрагмент

Время истинно речь иль молчать,
Не затворы, так ветхие сени
Будут нас о звездах привечать,
Мы найдем их ночные ступени.

Благодарствие цвети юров,
Нет оврага с черемухой краше,
Убежим со исчадных пиров,
Млечность, млечность на хлебы лияше.

И начнут фарисеи тиснить
Вишни мглой, по еминам и соли
Весть канвы, и тлеющую нить
Мы тогда воплетем в сон юдоли.

Принты

Седьмой фрагмент

Очеса барвой снов прелием,
Хоть сейчас о звездах апронахи
Будут знаком, пылай, Вифлеем,
Виждь – поят фарисеев монахи.

Виждь обводки червовых стольниц,
Не над семи ль камены рыдали,
Вечна глория падших столиц,
Кои нощно герольдов не ждали.

И еще соявимся туда,
Где лампады горят ледяные
И каждится во барве Звезда,
И порфирность следят юродные.

Девятнадцатый фрагмент

Льет охладу чудесную сад,
Это Божие ль, чаде, зелени
Иль в горящих скульптурницах Ад,
Годно се, чтоб упасть на колени.

Меж скульптур и кого преглядеть,
Восклониться каким пируэтам,
Бледным отрокам должно седеть,
Нисходяше о мраморе к Летам.

Сколь одесных певцов не спасти,
Феям бала урочен лишь траур,
Мы и будем сквозь шелк их вести
Черный принт по незвездности аур.

Двадцать пятый фрагмент

Вновь июльская ночь холодит
Золотыя венечий лепнины,
Вновь отраву Геката сладит
И беспечно виются менины.

Плачьте, плачьте, музыки, вино
Допием, чая мглу о хлебницах,
И тогда вы узрите одно
Чернь тлеющую в наших зеницах.

Яко нет боле тусклых цветов
Для успенных и сладостной хвои,
Мы хотя изо пламенных ртов
Темной цвети исторгнем сувои.

Тридцать девятый фрагмент

Темный морок стольницы овил,
Чадных свеч шестигранники тлеют,
Ангел пира не хлебы явил,
А цветы, кои дивно алеют.

Научайся, Моцарт, волшебству,
Флейты ныне мертвы и негласны,
Убивают детей по родству,
Их фамильные тени атласны.

Лишь гиады к столам поднесут
Халы мрака, чиненые мелом,
Эльфы чад на мгновенье взнесут
Во диаментном сне онемелом.

Шестьдесят первый фрагмент

Из бочонков подвальных вино
Данаиды сливают в куфели,
Мы и звездность испили давно,
И сокрасили мороком ели.

Се, одесно горит мишура
Над столами, сколь ангелы чают
Нас теперь, сколь о золоте бра
Юных див и царевен встречают.

Расточись, вековая тоска,
Суе Иды еще веселятся,
Где бессмертия нить всетонка
И лишь принты незвездные тлятся.





Записан
Leda
Пользователь


Адекватность: 0
Offline Offline

Сообщений: 129


Просмотр профиля Email
« Ответ #328 : 31 Октябрь 2021, 11:42:47 »
Яков Есепкин

«Стихотворения из гранатовой шкатулки»

 Каверы

I

Это мы восстенаем, се мы,
Это наше урочество Лете,
Пара статуй в музеуме тьмы
О порфирном небесном корвете.

Принесут Господь- Богу вино,
Аще таинства жива изветность,
И равно Он увидит, равно,
Как стекает по лбам нашим цветность.

Как серебро течет и течет,
Млечным воском рамена сводятся
И горят, и тогда Он речет:
Сеи мытари к свету годятся.

II

В алавастровых чашах ли яд,
Се ль пиры, коих ангелы ждали,
Ночь пуста, мы опять у гияд,
Туне, туне цевницы рыдали.

Что немолвствуют призраки тьмы,
Соваяния наши каждятся,
Навели по раменам каймы
Феи неб и томительно рдятся.

Виждь хотя нас, Господе, о сех
Барвах нощи, мелованных глиной,
С чермной цветью и мглой на власех –
Премолчащих под битой лепниной.

III

Всепорфирных висячих цветниц
Тьма не гасит холодную млечность,
Высоко ли молчанье цевниц,
Выше неб сеней рая беспечность.

И еще бьет начиния мгла,
И мятутся горящие фавны,
Чела наши каймою свела
Цветь садов, но мученья подавны.

Хмель увил пировые, а мы
Никуда уходить и не тщились,
Зри – стоим в барвах червной сурьмы,
Коей хлебы и воск пресочились.

IV

Август поздние вишни в черни
Щедро сыплет во амфоры сеи,
Кто всенощно пирует, гляни,
Фарисеи, одне фарисеи.

Но туманны еще зеркала
И цветницы исчадно пылают,
Соваянья еще круг стола
Очеса нам сурьмой застилают.

Феи мертвые дьяментный мел,
Зри, ведут по хлебам благовонным,
Где с волхвами царь Ирод немел,
Цветь каждя над пасхалом червоным.

V

Ночь Вифании снова горит,
Ужин тайный соцветен звездами,
Не лепнина – сие лазурит,
И к нему ли брели мы садами.

А и туне бежать веретен
Дивам юным, царевнам альковным,
Где влачат нас вдоль мраморных стен
В назидание чадам церковным.

Лишь хотели мы весть по сеим
Битым чашам порфировость цвети,
И с кистями, Господе, стоим,
Тьму лияше во райские нети.


Записан
Leda
Пользователь


Адекватность: 0
Offline Offline

Сообщений: 129


Просмотр профиля Email
« Ответ #329 : 08 Ноябрь 2021, 11:34:13 »
Яков Есепкин

«Стихотворения из гранатовой шкатулки»

 Каверы

VI


Пурпур ветхий с ланит сотечет --
И порфирные воски истлятся,
Туне агнцев Господе влечет
К сем божницам, какими целятся.

Исполать, прекричим, исполать
Всефамильным аллеям угольным,
Наши тени и нощно пылать
Будут здесь во укор неглагольным.

Хоть из сеней кивнем зеркалам,
Чая цветь и влачась областями,
Где серебро ведут по челам,
Овиенными тьмою кистями.

VII

Мы любили, Господь, алавастр
И венечия райской лепнины,
В тусклом золоте флоксов и астр
Отмечали свое именины.

Спит юдоль, на куски, на куски
Вся разбилась порфирная сводность,
О хлебницах молчат ангелки,
Им урочна сия неисходность.

А пиры золотыя опять
Претекут, мы небес не алкаем,
Хоть узри, как не можем стоять,
Как цветочною мглой истекаем.

XIII

Изукрасим волошки сурьмой,
Оведем черно-красной виньетой,
Мы ль в музее барбарском с Чумой,
Соваянья, забвенные Летой.

Виждь, губители хлебы ядят,
Хмель июля алкая, давятся,
Тще за нами оне преследят,
Яко выследят – се, удивятся.

Тьма лиется из наших очниц,
Свиты чела сурьмой ледяною,
И горят воски тонких свечниц
Неистечною цветью чермною.

IX

Вертоград августовских теней
Звездный холод и млечность внимает,
Юродные Аида темней
Мглы, сумрак их какой донимает.

О пенатах чудесные сны
Преложились, иные, иные
Мы картены следим, взнесены
Очи наши во тьмы ледяные.

Ветхий сад в неумольных своех
Чермных сенях нам, Господе, мнится,
И страшит кущ цимнийских сиех
Мертвой цветью, и к главам клонится.

X

Воск червовый на хлеб солием,
Аще время цветов миновало,
Очаруй нас еще, Вифлеем,
В крови роз ли твое опахало.

Что и слушать безумных Сирен,
Плещут волны о мраморник неба,
Каждый мытарь одесно смирен
И не алчет порфирного хлеба.

Мы, Господе, с божниц выписных
И сошли, всяк бессмертье алкает,
И во кущах молчим ледяных,
И по лбам нашим воск истекает.


Записан
Страниц: 1 ... 19 20 21 [22] 23
  Печать  
 
Перейти в: